К наступлению ночи, 5 октября 2026 года, Гранд-Палас наполнился странным шепотом: шепотом показа Chanel prêt-à-porter весна-лето 2027. Под стеклянной крышей около ста светящихся птиц казалось, что они взлетают, в то время как силуэты, задуманные Маттьё Блази, скользили по зеркальному полу. Новая эра для дома моды, новая глава для Габриэль Шанель — под взорами переднего ряда звезд.
Ибо это третий показ prêt-à-porter под руководством франко-бельгийского арт-директора вновь возвращает на линию множество жизней Коко: молодая женщина в корсете, портниха, который втыкает швы в мужской гардероб, икона в свободном костюме. Птица становится лентой-сквозняком, символом свободы, укоренившимся повсюду — от декора до украшений. Между архивной сумкой 2.55 и переосмысленным твидом послание ясно: Chanel смотрит далеко вперёд, не отказываясь ни от чего.
Défilé Chanel printemps-été 2027 : un envol nocturne au Grand Palais
Развернувшись в самом сердце парижской Недели моды, показ состоялся в понедельник 5 октября в 20:00, в Гранд-Палас, превращённом в мечтательный ландшафт. Пол, покрытый зеркальной смолой, отражал стаю примерно из 95 чаек, цапель и гусей из кальки, подсвеченных изнутри, готовых к миграции. Декорация, созданная Арно Сельве, окутывала неф сумеречным светом.
В этом искусственно созданном небе Маттьё Блази рассказывает о Габриэль Шанель в непрерывном движении. Первые силуэты напоминают молодую женщину в корсете эпохи эдвардианцев, которую вскоре сменит творец, освобождающийся, идёт стремительно, путешествует. Птица оказывается в вышивках, на пуговицах, на маленьких сумочках-«клетках», на которых остаётся лишь след: словно женщина Шанель только что взлетела.
Silhouettes clés : du corset fantôme au tweed smocké
Первые образы — бельё из джерси с явными косточками корсета, в сочетании с небрежной накидкой в стиле сетки для рыбы и юбками-танцовщицами цвета голубой пудры или слоновой кости. Очень скоро корсет становится почти призраком: видны лишь его линии, намекаемые басками в движении, рукавами-воланами, изогнутыми корсажами. Затем появляется костюм послевоенного времени, надетый буквально на кожу — как аромат.
Затем Блази возвращает к жизни вкус Габриэль к мужскому гардеробу: фраки, строгие вечерние костюмы, пиджаки из твида, иногда с прозрачными вставками, костюмы-юбки карандаш, низкие талии, закрытые широкими кожанными ремнями. Вечером силуэты становятся текучими, в платьях 1930‑х годов, вырезанных по диагонали, вышитых пайетками или связанные и бусинами. Финал — смокированный твид, эластичный и лёгкий, превращает костюм в вторую кожу.
Stars au premier rang et nouvelle ère Matthieu Blazy
На первых рядах дом моды собрал состав звёздной ковровой дорожки. Дуа Липа в эффектном костюме красного и оранжевого цветов, Марион Котийяр в широких светло-голубых брюках, Шарлотта Казираги в тёмно-синем костюме, Анжель в твиде чёрно-белом — каждая из них переигрывает одну из граней женщины Chanel.
Рядом с ними — Николь Кидман и её дочь Фэйт Маргарет, Педро Паскаль, Оливия Уайлд и Джон Малкович — укрепляют международную ауру показа. Истинный инсайдерский знак внимания принадлежит Сильви Вартан, 82 года, вернувшейся в Chanel впервые с 1989 года.
